«Современный этап для заключенных»

15 февраля на Коллегии Минюста обсуждался проект реформы Федеральной службы исполнения наказаний. Как изменить принципы заключения под стражу, условия транспортировки и содержания заключенных? А что такое - современный «этап»?
Шесть часов утра. По трассе в аэропорт «Емельяново» движется колонна автозаков. Специально оборудованные машины, в которых перевозят заключенных. Грузовики едут с одинаковой скоростью и на равном расстоянии друг от друга. Впереди всегда идет БТР с бойцами отряда спецназначения.

131 заключенный летит сегодня из Красноярска в Норильск - из северной тюрьмы сложнее сбежать. Туда отправляют тех, у кого большой срок. Осужденные, которым за решеткой предстоит провести около десяти лет, даже просятся в Норильск - там можно получить специальность, работать на заводе и скопить себе деньги на жизнь после зоны. Тут нет билетов, и летят они в один конец. Обратно только, когда срок их заключения закончится. Это единственная в России воздушная тюрьма. Так перевозят в Норильск особо опасных преступников, рецидивистов и убийц.

Здесь нет бизнес-класса, и никого не встречают вежливые бортпроводники. Места в салоне заключенные занимают не согласно купленным билетам, а согласно своим срокам. Самые опасные и склонные к побегу - в конце самолета и поближе к авиаконвоирам. Тут нет отдельных камер, поэтому пассажиров пристегивают наручниками.

На спецрейсе всегда работает только мужская команда бортпроводников. Летят они не в первый раз и вполне уверены в себе.

«Никаких проблем с данными пассажирами у нас не возникает, и не будет возникать. А вот если вы посмотрите на моих коллег, ну, может быть, и на меня, по нам не скажешь, что мы старички и не умеем ничего делать», - говорит бортпроводник Сергей Тарасевич.

При этом бригаде запрещено даже разговаривать с этими пассажирами. Напитки по салону приходится разносить вооруженным конвоирам. Во время двухчасового полета заключенных кормят сухим пайком.

Он боится приземляться, потому что не знает, как это. Единственное, о чем жалеет заключенный общего режима Владимир Осипов, что его первый в жизни самолет - это самолет-тюрьма. «Очень красиво, то есть лес, реки, все эти изгибы. То есть с воздуха это намного красивей, чем с земли мы это видим. Это классно», - говорит осужденный Владимир Осипов.

Марат Матеев тоже никогда не летал самолетами. Сначала попал на малолетку, затем после короткого пребывания на воле более серьезная статья, и вот сидит уже восьмой год. В Норильск полетел на заработки, чтобы иметь на руках деньги, когда выйдет на волю.

«Мне здесь жить просто, большую часть жизни провожу здесь, а не на свободе. Все это все равно временно, наручники эти все», - рассуждает осужденный Марат Матвеев.

На своем месте Роман Филиппенко обнаружил рекламный проспект. Все переживания по поводу полета мигом испарились, остались лишь мечты еще хотя бы раз побывать за границей. Когда-то в детстве он отдыхал с родителями в Арабских Эмиратах и Турции.

«Испания - Барселона, Севилья приглашают на курорты. Пока никак. То есть позже возможно. После первого хорошего дела, но возможно. Как освободимся. Сейчас пока никак», - говорит осужденный Роман Филиппенко.

В Норильске снег и минус 20. Выходить пассажиры будут строго по порядку. В аэропорту Норильска самолет простоит не больше часа. Ровно столько времени, сколько бы хватило высадить одних пассажиров и погрузить новую партию. Пока вновь прибывших погружают в автозаки, заключенные, готовые к отправке на большую землю сидят на корточках у трапа. Это тоже, правда, вынужденная, но мера безопасности.

Согласно тюремной практике, отбывать наказание преступник должен в колониях, отдаленных от места своего рождения и проживания. Из Норильска везут, как правило, очень разношерстную публику. Это и несовершеннолетние, и женщины, и отъявленные уголовники, и сложнее всего приходится работать со слабым полом.

«У них больше проблем возникает, больше, очень много вопросов самых разных, которые им надо решить прямо сейчас, немедленно. Ну, мужчины как бы поспокойнее», - говорит представитель правопорядка.

Мы сами стали свидетелями такой сцены. Вот осужденная за торговлю наркотиками Татьяна Баушева просится в туалет. Девушка объясняет, что ей необходимо удалиться срочно. Конвоир ведет девушку через второй салон. Именно это ей и было нужно. Там сидит её гражданский муж, которого она не увидит несколько лет.

«Крепыш, ты? Чего ты молчишь, дурачок? Я к тебе пришла», - говорит Татьяна Баушева.

Конвой срабатывает мгновенно. Однако по пути обратно она понимает, что это её единственный шанс, и бросается к мужу. Весь полет конвой проводит стоя, без обеда. Отдых у них начнется только через сутки, когда новую партию заключенных из Норильска развезут по колониям Красноярска.